МУЗЫКА – ЭТО МОЯ ЖИЗНЬ!

Он не представляет себя без народной музыки. С одинаковым воодушевлением работает как с русским, так и с украинским и карельским песенным репертуаром. А вот поп-музыку не слушает, она ему не интересна. Кто этот увлечённый и разносторонний человек?

Олег Калиничев работает с тремя разноплановыми коллективами: ансамблем русской народной песни «Отрада», ансамблем украинской народной песни «Мрия» и поющей частью общества карельской культуры «Виена». 

22 марта Олег Евгеньевич отметил свой 55-летний юбилей и, наверное, не случайно, что его день рождения находится вплотную ко Дню работника культуры, который отмечается 25 марта. Может быть, творческая жилка зависит и от даты рождения в том числе? Мы поговорили с юбиляром о том, как он пришёл в профессию.

Из искры разгорелось пламя

Как вы пришли в музыку?

– В детстве я совершенно не мечтал быть музыкантом, более того, я даже учиться играть на аккордеоне отказывался. Учиться музыке я пошёл довольно поздно, мне было уже 11 лет. В тот год умерла моя мама и мы остались с отцом вдвоём. Евгений Николаевич Калиничев был очень уважаемым человеком в нашем маленьком посёлке. Его авторитет был непререкаем. Он работал тренером по греко-римской борьбе и, естественно, что я тоже занимался в его секции вместе с другими мальчишками. Он увлекался охотой и рыбалкой. С пяти лет отец брал меня с собой. Как и все остальные пацаны, я любил гонять в футбол и ходить в походы. Какая музыка? Вы о чём? Даже в мыслях не было! И тут вдруг отец заявляет, что я должен пойти в музыкалку, и у нас дома есть аккордеон. Само собой, что я стал отнекиваться, но отец настоял, хотя и оставил мне маленькую лазейку: «Ты попробуй, – сказал он мне, – поучись годик, а там посмотрим. Не понравится, бросишь».

Учился я этот год через пень-колоду, при любой возможности старался удрать с урока и, конечно, домашние задания выполнял кое-как. Не знаю, как это всё вытерпел мой преподаватель музыки Алексей Алексеевич Кильдюшов, но он продолжал со мной заниматься и постоянно повторял, что у меня есть способности.

И вот спустя год, я с честными глазами пришёл к отцу и сказал: «Всё, год прошёл. Мне не понравилось, дальше я учиться не буду!» Однако не тут-то было. Отец начал меня уговаривать: «Ты ещё ничего не понял толком, поучись ещё годик. Вот если и во второй год не понравится, тогда бросишь». И никакие мои протесты не смогли его переубедить. Что делать? Пришлось идти учиться дальше…

И когда же произошёл перелом в вашем отношении к музыке? Что стало поворотной точкой от полного отрицания к увлечению?

– А вот как раз второй год обучения и стал переломным. Причём, я очень хорошо запомнил, что именно меня зацепило, что стало той искрой, которая потом разгорелась ярче.

На начальном процессе обучения ученикам приходится играть много упражнений, гамм, этюдов. Всё это совершенно не интересно детям. А тут мой педагог задал выучить какую-то популярную мелодию, которую я знал, и затем сумел сыграть её самостоятельно! Я уже не помню, что это была за мелодия, зато отлично помню свой восторг от того, что я сам сыграл что-то такое, что знают все, что передают по радио. Это был прорыв! Вот тут я понял, что я хочу дальше учиться играть на аккордеоне, что это мне интересно. С этого момента моё отношение к музыкальной школе поменялось кардинальным образом. И когда на следующий год пришло время покупать взрослый инструмент, и отец спросил меня, буду ли я продолжать обучение, я ответил твёрдым «да». На третьем году обучения отец купил мне немецкий инструмент. Даже не знаю, сколько он тогда стоил. Аккордеон вещь дорогая. Но он верил в меня, и я оправдал его надежды.

 

Где вы учились дальше?

– Мы с семьёй жили на Чукотке. Там я и окончил музыкальную школу. А вот все родственники по линии отца жили в Карелии, поэтому вопрос о том, куда ехать учиться дальше, даже не стоял. Как только завершилось моё обучение в музыкалке, то я не стал дальше тянуть и, хотя это был только 9 класс общеобразовательной школы (образование раньше было 10-летнее и основными вехами, после которых ребята уходили из школы и поступали в другие учебные заведения, были 8 и 10 классы – прим. автора), я забрал документы и поехал в Петрозаводск поступать в музыкальное училище. Поступил сразу на народное отделение. Моё обучение затянулось аж на целых семь лет.

После третьего курса, меня забрали на два года в армию. Служил я на Украине в Одесской области. И хотя это был стройбат, мне повезло, что у нас была сильная самодеятельность, и в воинской части был хороший клуб, укомплектованный различными музыкальными инструментами типа электрооргана и электрогитары. Когда командир узнал, что я музыкант и играю на аккордеоне, то меня даже отпустили в отпуск всего спустя четыре месяца службы, чтобы я мог привезти в часть свой инструмент. Так что во время службы я имел возможность заниматься музыкой. Спустя год меня назначили заведующим клубом батальона. По возвращению, я хотел восстановиться сразу на четвёртый курс музыкального училища, поскольку я не потерял своих навыков, но педагоги убедили меня в том, что лучше будет снова повторить третий курс и только после этого переходить на четвёртый. Так что Петрозаводское музыкальное училище имени Карла Раутио я окончил в 1989 году.

Карелия многонациональная

 

Как вы попали в Костомукшу?

 – В Костомукшу я приехал вслед за женой, которую направили сюда работать по распределению. Она тоже музыкант, мы поженились, когда я учился на четвёртом курсе. Но поскольку я прерывал обучение, то она завершила учёбу раньше меня и уехала работать в музыкальную школу Костомукши. А меня пригласили аккомпаниатором во Дворец культуры «Дружба» в бурно развивающийся фольклорный коллектив «Карельская горница».

Я не был близко знаком с карельской культурой, поэтому на первых порах мне было сложно, пришлось погрузиться в национальный песенный материал и понять особенности северо-карельской музыки. К тому же никаких нотных сборников тогда не было. Песни я играл с голоса, слушая исполнителей, носителей карельской культуры. С ними я проработал 12 лет, до 2001 года.

Ансамбль “Карельская горница”.

А когда состоялась ваша встреча с «Отрадой» и «Мрией»? Как произошёл переход от карельской музыки к русской и украинской?

– И с украинским землячеством, и с Натальей Трудовой, руководителем ансамбля русской песни, я знаком с момента моего приезда в Костомукшу, с 1989 года. Были моменты, когда мы сотрудничали.

Думаю, многие помнят тяжёлый период «разрухи», который начался в нашей стране 2001 году, когда культура находилась в очень сложном положении. Музыкантам тогда тоже было несладко. Жизнь кидала меня по разным местам и городам, но меня постоянно тянуло вернуться. К тому же меня здесь помнили и ждали.

В 2010 году я возвратился в Костомукшу для работы с «Карельской горницей». И в это же время Наталья Трудова пригласила меня как музыканта в «Отраду». И с тех пор мы не расстаёмся. В дальнейшем наше взаимодействие только укрепилось, к взрослому коллективу добавился детский ансамбль «Отрадушка». Теперь я являюсь концертмейстером обоих коллективов и руководителем ансамбля народных инструментов. «Отрада» имеет звание народного, а «Отрадушка» признана образцовым детским коллективом художественного творчества.

Ансамбль “Отрада”.

А вот к появлению ансамбля «Мрия» я имею самое непосредственное отношение. Украинская автономия собиралась на свои мероприятия в Культурно-музейном центре (КМЦ). По большей части это было просто дружеское общение, но украинцы не могут не петь, поэтому, их посиделки всегда заканчивались песней. Им хотелось творчески развиваться, но стабильного песенного коллектива не существовало, это были разовые встречи. Идея о создании ансамбля украинской народной песни витала в воздухе, и с этим предложением я обратился к тогдашнему директору КМЦ Татьяне Добродеевой. Татьяна Васильевна отнеслась к этой затее с осторожностью, но согласилась попробовать её реализовать. И вот таким образом в 2013 году появился на свет песенный ансамбль «Мрия», в который вошли участники украинской автономии. С тех пор я являюсь руководителем и концертмейстером коллектива.

Ансамбль украинской народной песни “Мрия”

В переводе с украинского на русский «мрия» означает «мечта». И можно сказать, что их мечта о творческом развитии сбылась, сейчас это сильный песенный коллектив, который в этом году удостоился звания «Признание Костомукши 2020» в номинации «Сохранение самобытной культуры».

Сейчас вы занимаетесь с участниками общества карельской культуры «Виена». Это возврат к истокам, к началу творческого пути?

– Можно сказать и так. Жизнь сделала круг и вернулась к началу, но на новом уровне, на новом витке развития. С обществом «Виена» мы начали регулярные занятия только в прошлом году. Коллектив ещё не устоялся, но у них есть огромное желание двигаться вперёд и совершенствоваться. У меня за плечами большой опыт работы с карельским фольклором, но даже сейчас иногда участники коллектива меня удивляют –  коренные жители Карелии поют такие песни, о которых я не слышал.

Общество карельской культуры “Виена”.

 

Повод для радости и для гордости

Наверняка вам часто задают каверзный вопрос о том, какая музыка вам больше нравится карельская, русская или украинская? С кем вам больше нравится работать?

– Я люблю всю народную музыку без исключения, а вот поп-культура от меня всё дальше и дальше. Каждая из них мне интересна и близка по-своему. У меня русские корни, поэтому русскую музыку я знаю лучше. Но даже в русской музыке есть свои особенности – Русский Север разительно отличается от музыки средней полосы и тем более южных регионов России. «Отрада», например, тяготеет  больше к южнорусскому репертуару. Я хорошо знаю и люблю украинскую культуру и их песенные традиции. Но самые большие профессиональные открытия случились у меня в карельской музыке, поскольку её я знал меньше всего. Мне одинаково дороги все коллективы: и русская «Отрада», и украинская «Мрия», и карельская «Виена». Все они приносят радость от работы и не дают стоять на месте.

Чем или кем вы гордитесь?

– Я горжусь своими детьми. У меня две дочери: старшая Татьяна и младшая Надежда. Они обе выбрали своей профессией музыку, так что это уже династия музыкантов.

Татьяна пианист, лауреат международных конкурсов, ведущий концертмейстер Санкт-Петербургской консерватории.

Надежда дирижёр-хоровик, окончила музыкальное училище имени Римского-Корсакова в Санкт-Петербурге, сейчас учится там же в консерватории.

 

Марина СУШИЦКАЯ,

фото из личного архива Олега КАЛИНИЧЕВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *