50 ОТТЕНКОВ КРАСНОГО

Никогда я ещё не видела столько крови! Она была разных оттенков: ярко-алого, тёмно-бордового, цвета спелой вишни, граната…

Нет-нет, речь не об убийстве или жуткой аварии. Летом мне удалось посмотреть, как проходит донорский день в нашей больнице, и пообщаться с сотрудниками отделения переливания крови (ОПК).

Во время донации

По вторникам в коридоре очередь уже с раннего утра. Чтобы вас допустили до процедуры донации (сдача крови), придётся пройти несколько этапов: заполнение анкеты о состоянии здоровья, осмотр терапевта, сдачу крови для лабораторного исследования. Прохождение всех этих ступеней может занять от 40 минут до двух часов.
Мне в тот день поделиться здоровьем на 450 мл не удалось. Оказался низковатым гемоглобин. Зато пообщалась с донорами.
Татьяна рассказала, что начала сдавать кровь, когда была ещё студенткой. У девушки редкая группа – первая отрицательная. Она знает, насколько она востребована.

Донор Татьяна

Якову рекомендовали стать донором врачи из-за густой крови. Хоть ему немного за 30, но он уже Почётный донор России.

Почетный донор России Яков

Михаил честно признался, что за счёт донорской справки у него получается мини-отпуск, если взять два положенных выходных между сменами.

Руководит ОПК Наталья Вадимовна Никулина. Стаж работы у врача-трансфузиолога солидный и составляет 38 лет! Она познакомила меня со своим коллективом. Многие работают с самого открытия отделения: операционная сестра Татьяна Николаевна Руденко, санитарка Светлана Николаевна Потапова, старшая медсестра Валентина Марковна Пономаренко.

Валентина Марковна Пономаренко и Наталья Вадимовна Никулина

– Мы строго следим, чтобы запасы крови и плазмы не снижались, соблюдались их условия хранения, сроки годности, – поделилась Наталья Вадимовна. – Составляем план за месяц. У нас есть база со всеми данными и координатами доноров. В случае необходимости людей с требуемой группой и резусом вызываем дополнительно. Костомукшу отличает от многих городов то, что желающих сдать кровь больше, чем мы можем принять. Многие, конечно, ругаются. Но это не значит, что кровь нам не нужна. Мы ведь отправляем её в больницы Калевалы, Сегежи, Петрозаводска. Доноров с редкой группой – первой отрицательной – записываем в любом случае. А вот с четвёртой уже ограниченно.

Статистика
В Костомукше более 300 почётных доноров (более 40 донаций). Много молодых, средний возраст 30-35 лет. Женщинам рекомендуется сдавать до четырёх раз в год, а мужчинам – до пяти. Каждый вторник приходит минимум 25 человек, иногда 35. В последнее время крови требуется всё больше. К сожалению, население стареет, чаще выявляют онкологию. К тому же, несколько лет назад к нашей больнице присоединили целый Муезерский район, а там, по словам Натальи Вадимовны, много запущенных больных.
В 2015 году перелили 320 литров компонентов крови, в 2016-м – 384 л, в 2017-м – 375 л.

Сдавать кровь опасно?
У людей есть страх заразиться ВИЧ-инфекцией. Заведующая ОПК развеяла мои сомнения. Она рассказала, что современная медицина полностью исключает риск передачи любой инфекции. Используются одноразовые гемаконы (контейнеры, куда забирается кровь) и индивидуальные стерильные инструменты.

Операционная медсестра Татьяна Руденко добавила:
– Бояться надо не вам, а нам. Бывало, медики случайно кололись после кроводачи – иголка повернулась не так и всё. А перчатки-то тонкие, не спасают. Потом переживали.

Операционная медсестра Татьяна Руденко

Татьяна Николаевна до сих пор помнит своё боевое крещение. Наступил новый 1995 год. Праздничная ночь. В ИТАРе спасали роженицу и её ребёнка. Врачи боролись, как могли. Никак не удавалось остановить сильное кровотечение. Компоненты крови вливали буквально литрами. Потери огромные, запасы на исходе. Первыми начали сдавать медики, потом подтянулись горожане. В коридоре выстроилась длинная очередь. Думали, пациентка не выживет. Но, к счастью, свершилось новогоднее чудо! Спасли и маму, и малыша.

Что нового?
Сейчас доноры дважды обследуются на все инфекции – в Костомукше и параллельно в Петрозаводске, куда пробирки доставляются еженедельно. Результаты всегда совпадают. Ни разу в нашей больнице не перелили заражённую кровь.

– Полтора года назад мы перешли на гелевую технологию исследования, – продолжает Наталья Никулина. – Такая есть только в нескольких регионах Карелии. Она позволяет безошибочно определять не только группу крови и резус фактор, но и выполнять широкий анализ состава крови. Это необходимо при подборе идеально совместимых пар «донор-реципиент».
На пробирки и гемаконы со сданной кровью наклеивают штрих-коды, как в супермаркете. Они печатаются на специальном оборудовании заранее.

Как в супермаркете

Позже номер заносится в компьютер в единую базу. Доступ к этим данным имеют только специалисты ОПК. В «Учётной карточке донора» содержится информация о группе, резус-факторе, паспортных данных, об особенностях или противопоказаниях по здоровью.
И если раньше костомукшане могли схитрить и сдать кровь дополнительно в Сегеже или Петрозаводске, чтобы, например, подкопить больше дней к отпуску, то сейчас такое уже не прокатит. В базе значится дата последней донации.

Ювелирная работа
Мы поднялись в центрифужную, где происходит фракционирование (разделение) крови. Там, как в горячем цеху: шум, жара. На многотысячных оборотах работают две машины. Одна современная, другая – ещё с самого открытия больницы. Медработники шутят, что если её сдвинуть с места, то она больше не заведётся.

 

В центрифуге

Важно отметить, что плазму можно пускать в дело не раньше, чем через полгода. И только после повторного появления донора для проверки плазмы на инфекции! Об этом каждого человека предупреждают. Если этого не произойдёт, три года проведённые в морозилке могут оказаться бесполезными. Но в нашем городе практически все приходят на повторную сдачу, и ценный материал утилизируют редко.

Плазма, тромбоциты, эритроциты

Всего 10 минут и консервированная кровь чётко разделилась на красные эритроциты (снизу) и жёлтую плазму (сверху). Между ними ещё заметен слой алых тромбоцитов.
Важно отметить, что плазму можно пускать в дело не раньше, чем через полгода. И только после повторного появления донора для проверки плазмы на инфекции! Об этом каждого человека предупреждают. Если этого не произойдёт, три года проведённые в морозилке могут оказаться бесполезными. Но в нашем городе практически все приходят на повторную сдачу, и ценный материал утилизируют редко.

Ювелирная работа

«Стратегический запас» крови хранится в холодильнике. Он здесь не залёживается. Однако пустым этот «банк» тоже не бывает. Я поинтересовалась, а воровали ли когда-нибудь этот эликсир жизни? Мне с улыбкой ответили, что в больнице вампиров пока не наблюдали.

Банк крови

А вот раньше…
Лет 15–20 назад работать было гораздо сложнее. Сейчас в ходу небьющиеся пластиковые контейнеры, иголочки остренькие. Всё одноразовое. А раньше иглы надо было бесконечно кипятить и стерилизовать. К тому же они были тупые. Приходилось мучить доноров. Кровь разливалась в стеклянную тару. Бутылки могли разбиться или лопнуть в центрифуге. Контейнеры с кровью запаивали парафином, этикетки писали от руки…

Хотел спасти жизнь, но…
Многие в соцсетях жалуются, что не получается записаться на кроводачу, проще съездить в Сегежу или Петрозаводск. В разговоре мне рассказали, что бездумно и неограниченно брать доноров нельзя. Ведь медучреждение несёт большие расходы на обследование – около 4 тысяч рублей на одного человека. Кроме денежной компенсации, это дорогие реагенты, импортные гемаконы, одноразовые иглы и одежда.

А ещё не все доноры относятся к процедуре серьёзно. Кто-то накануне поест жирного, выпьет алкоголь, примет стероиды, переболеет вирусной инфекцией и умолчит. Анализы могут показать, что печёночные ферменты повысились или вообще положительно среагировать на ВИЧ. Такая кровь утилизируется. Деньги потрачены впустую. И разве это помощь?

В июне этого года Наталья Вадимовна Никулина была удостоена почётного звания «Заслуженный врач Республики Карелия».
– Высокая награда заработана всем нашим коллективом. Я благодарю их за высокий профессионализм, – сказала она.

В конце я поинтересовалась, а не снится ли сотрудницам ОПК работа по ночам.
– Снится, конечно! Особенно когда отпуск заканчивается, мы начинаем переживать о пополнении запасов перед выходом на работу. Сразу возникают тревожные сны, где кровь берём у пациентов то из ноги, то из шеи. А работа у нас очень хорошая, интересная, требует постоянного развития. Доноры замечательные. Помним практически всех. На улице встречаем, можем имени не вспомнить, а вот резус-фактор и группу крови назовём безошибочно, – подытожила Наталья Вадимовна.

Стратегический запас плазмы

Фото Ирины Кузнецовой

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *